Букмейт |

Киты похожи на верблюдов, узнают себя в зеркале и ныряют на три километра

Что мы узнали из книги морского биолога Ника Пайенсона

Bookmate Journal уже рассказывал о суперспособностях птиц и грибах, которые можно найти в Чернобыле и в космосе. Теперь на Букмейте появилась книга морского биолога и хранителя коллекции окаменелостей морских млекопитающих Смитсоновского института в Вашингтоне Ника Пайенсона «Наблюдая за китами» — делимся самыми интересными фактами из нее.

Киты — самые большие животные в истории Земли

За один выдох кит выпускает столб водяного пара, который достигает верха двухэтажного дома. Воздуха, который прошел через его легкие, хватило бы, чтобы заполнить половину бетономешалки.

Его кровяные клетки проходят через сердце с сосудами диаметром с суповую тарелку и питают тело, снабженное более чем 500 миллионами километров артерий, капилляров и вен.

Кровь несет кислород в каждую клетку организма животного — а их 1 000 триллионов, — включая нервы, чьи волокна проникают от ствола мозга в самый дальний уголок тела. Легким движением животное спускается на глубину, куда не проникает солнечный свет, и издает низкую ноту, которая распространяется на 1 500 километров и отражается от подводных каньонов.

Киты обмениваются друг с другом очень странными сигналами

Знаменитый вой и щелчки китовой песни — это лишь один из многих видов вокализации усатых китов; некоторые странные и необычные звуки, которые ученые слышат в океанах, все еще не удалось связать с конкретными видами. Только недавно стало понятно, что причудливый гулкий звук, который исследователи записывали уже не одно десятилетие, издают карликовые полосатики. Зубатые киты — такие как дельфины, клюворылы и кашалоты — вокализируют на низких частотах, но также могут использовать высокочастотные ультразвуковые щелчки и звуки, испускаемые их биосонарным аппаратом, для навигации и передачи сигналов окружающим. Если в детстве вам с друзьями доводилось бегать ночью с фонариками, вы поймете, как это работает: по направлению лучей вы видите, куда бегут другие. Правда, последовательность щелчков эхолоцирующих зубатых китов настолько сложна и изменчива по частоте, мощности и структуре, что лишь математический аппарат теории информации позволяет описать их содержание.

Они ныряют — глубоко и надолго. А еще умеют видеть в темноте

В поисках кальмаров и рыб клюворылы могут нырять на глубину до 2 992 метров и задерживать дыхание на 137,5 минуты — рекорд среди млекопитающих. Кроме того, все современные виды зубатых китов обладают эхолокацией — будь то кашалоты, морские свиньи или настоящие дельфины. Именно так они ориентируются в пространстве и находят добычу в мутных реках или глубинах океана, порой на глубине километра или двух, в кромешной тьме.

Когда-то киты ходили по суше и были размером с собаку

Окаменелости свидетельствуют, что у самых древних китов были выраженные животные черты. Например, четыре ноги, ноздри на кончике морды и, может быть, даже мех (об этом палеонтологи еще спорят, поскольку мех редко превращается в окаменелость).

У китов были острые зубы-ножи, а жили они в лесах возле ручьев, устьев рек, а иногда и у солоноватых вод теплого экваториального побережья.

Древнейшие окаменелости этих сухопутных четвероногих протокитов обнаруживают в породах возрастом 40–50 миллионов лет в горах Пакистана и Индии. В то время Индийский субконтинент еще не столкнулся с Азией и находился посреди моря Тетис, которое со временем превратится в Средиземное, а тогда разделяло Старый Свет в районе экватора. Судя по скелетам, большинство этих первых китов были размером с крупную домашнюю собаку.

Ближайшие родственники китов — парнокопытные

В 2001 году две конкурирующие группы палеонтологов сообщили об одном и том же ключевом признаке древних китов: оказалось, что их лодыжка была в точности такой же, как у современных парнокопытных. Эта кость называется таранной: по форме она напоминает фишку из настольной игры. Таранная кость есть у коров, коз и верблюдов. У современных китов ее нет: остатки их задних конечностей — это кусочки кости рядом с тазом, которые глубоко сидят внутри тела.

Открытие таранной кости у ранних китов подтвердило выводы анализа ДНК: киты — это просто сильно изменившиеся парнокопытные, только без копыт.

Киты узнают себя в зеркале

Поведенческие биологи считают способность животного узнавать себя в зеркале грубым способом определить, есть ли у смотрящего самосознание, что, в свою очередь, предполагает способность понимать, что животное по ту сторону зеркала не является случайной частью мира. Список млекопитающих, которые узнают себя в зеркале, очень короток: мы, высшие приматы, азиатские слоны и, пожалуй, два вида китообразных — афалины и, возможно, косатки. Идея подобного теста очень проста: нужно нанести метку на животное и понаблюдать, будет ли оно изучать ее в зеркале. Сделать это в контролируемой экспериментальной обстановке чрезвычайно трудно, особенно когда речь идет о водных млекопитающих, не имеющих противопоставленных больших пальцев. И все же опыты показывают, что китообразные действительно узнают себя в зеркале и понимают, что оказались среди бетонных стен, а не в динамичной океанской среде.

Перевод мема: «Он защищает, он атакует, но самое главное — он красавец»
Перевод мема: «Он защищает, он атакует, но самое главное — он красавец»

У китов огромные семьи

Сообщества кашалотов занимают целые океанические бассейны, измеряемые тысячами особей и тысячами километров; пожалуй, это самая большая единая группа животных после людей. Кланы кашалотов состоят из множества более мелких, долгосрочных социальных групп, в свою очередь, состоящих из нескольких поколений, сродни стаям косаток. Каждый клан связан множеством материнских линий, которые объединены в общества бабушек, матерей и дочерей кашалотов, где представительницы нескольких поколений учатся друг у друга, как охотиться на кальмаров, растить детенышей, присматривать за ними и защищаться от единственных опасных для них хищников — косаток. Каждая группа кашалотов имеет одни и те же отличительные акустические диалекты, образующие общую основу — настоящий lingua franca, — для взаимодействия в море. Представьте на мгновение, что ненасытный китобойный промысел мог сделать с этими обществами.

Убийство клана кашалотов (что и происходило много раз) могло означать потерю всех его культурных традиций и целого диалекта.

В XX веке китобойный промысел уничтожил три миллиона китов и, возможно, ген гигантизма

Нам сложно осознать масштабы предприятия, которое началось на отдаленном острове в Антарктике, но оно вполне сравнимо с более известными случаями истребления американского бизона и странствующего голубя. В ХХ веке было убито более 325 тысяч синих китов, и сегодня они — редкие гости в Южном океане. Вполне возможно, что именно китобои выбили из популяции особей, которые несли гены гигантизма.

Выжившим детенышам той эпохи — теперь уже взрослым китам — понадобится еще как минимум несколько десятилетий, чтобы достичь размеров своих предков.

Современные детеныши китов увидят глобальное изменение Арктики

Миллионы лет киты взаимодействовали с людьми, но лишь в последние несколько столетий такие встречи повлияли на их судьбу. Первые заметные изменения произошли из-за опустошения, вызванного промышленным китобойным промыслом. За прошедшие полвека загрязнение, как материальное, так и акустическое, наряду с другими побочными эффектами промышленно развитой цивилизации (например, столкновениями с кораблями или запутыванием в рыболовных снастях) превратилось в явную угрозу для гренландских и других китов. Сегодня еще живы столетние киты, заставшие эти изменения, а так как Арктика преображается в масштабах нашей собственной жизни, некоторые из этих китов встретят свое 200-летие в Северном Ледовитом океане, в котором будет значительно меньше льда и значительно больше людей.

Поделиться:

facebook twitter vkontakte