18+
«Граф Монте-Кристо». Иллюстрация: Davide Bonazzi. Источник: theispot.com/artist/dbonazzi
«Граф Монте-Кристо». Иллюстрация: Davide Bonazzi. Источник: theispot.com/artist/dbonazzi
Анна Попова |

Как литературные герои справлялись с изоляцией: от Робинзона Крузо до Чука и Гека

Несколько полезных уроков и пара совсем дурных

Необитаемый остров, тюрьма, открытый океан, пустой дом, резервация и заброшенный отель — вспомнили книжных героев, которые оказались в вынужденной изоляции, и выяснили, как они с ней справились.

Труд и отдых на природе как путь к гармонии

В полном названии романа, собственно, заключен его краткий пересказ: «Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо, моряка из Йорка, прожившего двадцать восемь лет в полном одиночестве на необитаемом острове у берегов Америки близ устьев реки Ориноко, куда он был выброшен кораблекрушением, во время которого весь экипаж корабля кроме него погиб; с изложением его неожиданного освобождения пиратами, написанные им самим».

В детстве для нас это была книга про ловкого и умелого моряка, который смог выжить в полном одиночестве и успешно организовать сельское хозяйство. Сам же Дефо вкладывал в нее более сложную идею — о том, как человек совершенствуется нравственно вдали от искушений цивилизации, наедине с природой и Богом (эту линию советская цензура постаралась сгладить, а то и вовсе убрать).

Кстати, прототип Крузо, Александр Селькирк, провел на необитаемом острове всего четыре года и новым человеком при этом не стал. Мало того, современные специалисты склоняются к мысли, что столь длительное, как у Крузо, одиночество ничем хорошим для психики не заканчивается.

Но сам Дефо считал свой роман аллегорией. А значит, никто не мешает нам заняться земледелием и самосовершенствованием у себя на даче, пусть без каннибалов, коз и Пятницы.

«Нужно было видеть, с какой королевской пышностью я обедал один, окруженный моими придворными. Только Попке, как любимцу, разрешалось разговаривать со мной. Собака, которая давно уже одряхлела, садилась всегда по правую руку своего властелина, а слева садились кошки, ожидая подачки из моих собственных рук. Такая подачка считалась знаком особой королевской милости».

Чтение книг и изучение языков как способ отомстить

Еще одна всемирно известная история про человека в изоляции. О нравственном совершенствовании здесь говорить не приходится — попавший в тюрьму по навету соперника Эдмон Дантес знает лишь одну пламенную страсть, имя которой — месть. Но наш герой делает упор на интеллектуальное развитие — благодаря своему наставнику аббату Фариа юноша постигает всевозможные науки, овладевает иностранными языками и является обидчикам в образе эксцентричного и образованного графа. Не самый плохой итог 14 лет заключения. Страшно представить, чего бы достиг Эдмон, будь у него мобильный интернет!

«Дантес обладал удивительной памятью и необыкновенной понятливостью; математический склад его ума помогал ему усваивать все путем исчисления, а романтизм моряка смягчал чрезмерную прозаичность доказательств, сводящихся к сухим цифрам и прямым линиям; кроме того, он уже знал итальянский язык и отчасти новогреческий, которому научился во время своих путешествий на Восток. При помощи этих двух языков он скоро понял строй остальных и через полгода начал уже говорить по-испански, по-английски и по-немецки. Потому ли, что наука доставляла ему развлечение, заменявшее свободу, потому ли, что он, как мы убедились, умел держать данное слово, во всяком случае он, как обещал аббату, не заговаривал больше о побеге, и дни текли для него быстро и содержательно. Через год это был другой человек».

Спокойствие и вера в себя как универсальное спасение

По сравнению с этой автобиографической историей меркнут любые выдумки. В 1974 году океанолог Станислав Курилов в маске, ластах и с трубкой спрыгнул в воду с лайнера «Советский Союз» и доплыл до Филиппинского архипелага без еды и сна за трое суток. Изначально он планировал путь в 18 километров, но из-за проблем с навигацией они превратились в 100. Справиться и выжить, по словам Курилова, ему помогла йога — конечно, не столько привычные нам упражнения, сколько общая философия. В общем, если в какой-то момент будет казаться, что все потеряно и сил нет, пара асан и эта книга придадут сил.

«Если бы не сознание того, что я человек и должен куда-то плыть, я был бы, наверное, почти счастлив. Я инстинктивно старался не думать о том, чего не мог себе позволить в данный момент. Ясно, я хочу того и этого, но у меня ведь нет этого сейчас, а этот миг — вечность в моей жизни, почему я должен испортить его мыслями о невозможном? Я медленно парил на границе двух миров. Днем океан казался стихией, вызванной к жизни ветром, и только ночью, когда ветер стих, я увидел его настоящую, самостоятельную жизнь».

Жизнь как праздник, несмотря ни на что

Планировали одно, а все выходит совсем по-другому? Такое случается сплошь и рядом, в том числе с героями детских и взрослых книг. Чук и Гек вместе с мамой направлялись в гости к отцу, а приехали в пустой и холодный дом, где из еды — щи в печке, из развлечений — споры со сторожем, да еще и на улицу из-за мороза нос не высунуть. Но это не повод не готовиться к празднику, все равно стоит ждать его — и, конечно, получить в конце и елку, и танцы, и песни. Хочется верить, что мы с изоляцией уложимся до Нового года.

«На следующий день было решено готовить к Новому году елку. Из чего-чего только не выдумывали они мастерить игрушки! Они ободрали все цветные картинки из старых журналов. Из лоскутьев и ваты понашили зверьков, кукол. Вытянули у отца из ящика всю папиросную бумагу и навертели пышных цветов. Уж на что хмур и нелюдим был сторож, а и тот, когда приносил дрова, подолгу останавливался у двери и дивился на их все новые и новые затеи. Наконец он не вытерпел. Он принес им серебряную бумагу от завертки чая и большой кусок воска, который у него остался от сапожного дела».

Как не надо: уходить от реальности

Полный эскапизм в условиях вынужденной или добровольной изоляции — идея достаточно опасная. И бедный Дикарь, он же Джон, из самой знаменитой сатирической антиутопии — лучшее тому подтверждение.

Вместо того чтобы разводить коз или учить, скажем, испанский, живущий в резервации юноша-изгой делает упор на пьесы Шекспира. Оттуда он черпает понятия о любви, чести, морали и правилах поведения, а еще манеру изъясняться. Позже, попав в реальный мир, где кругом распутство, потребление и беззаботность, он совершенно не может приспособиться. Так что классика классикой, а пару кулинарных и новостных каналов в ленте можно оставить.

«Дикарь читал „Ромео и Джульетту“ — с дрожью, с пылом страсти, ибо в Ромео видел самого себя, а в Джульетте — Ленайну. Сцену их первой встречи Гельмгольц прослушал с недоуменным интересом. Сцена в саду восхитила его своей поэзией; однако чувства влюбленных вызвали улыбку. Так взвинтить себя из-за взаимопользования — смешновато как-то. Но, если взвесить каждую словесную деталь, что за превосходный образец инженерии чувств!»

Как не надо: пить, страдать, ругаться и жалеть себя

В романе Яны Вагнер группа старых друзей приезжает в домик в горах, чтобы покататься на лыжах. Конечно, вскоре одного из героев (точнее, героинь) находят мертвым. Мисс Марпл, Эркюля Пуаро или Харри Холе поблизости не оказывается, поэтому расследование ведут сами герои. Помимо шока, они переживают кризис среднего возраста и крушение надежд, пытаясь заглушить свою боль алкоголем. Все это вкупе с замкнутым пространством приводит к самым плачевным результатам. В общем, изоляция — максимально неподходящее время для ссор, рефлексии и вредных привычек. Лучше уж козы и виноградники.

«Под этим безжалостным взглядом Отель — гигантская прозекторская, многокомнатный анатомический театр. Он обижен своими постояльцами, устал от них. Не желает больше прятать их несовершенства. Хрустя могучими деревянными балками, он едва заметно содрогается, поворачиваясь к рассвету боком, подставляет ему растерзанную столовую с опрокинутыми стульями и прожженной скатертью и нечистую оскверненную кухню. Мелкий древесный мусор на полу в гостиной, пятна от стаканов на полированных столешницах и перерытые ячейки спален. Мстительно, одно за другим предъявляет небу свидетельства виновности спящих внутри чужаков».

Поделиться:

facebook twitter vkontakte