18+
Майкл Шейбон. Фото: Celeste Sloman / Wall Street Journal
Майкл Шейбон. Фото: Celeste Sloman / Wall Street Journal
Игорь Кириенков |

«Человек-паук», «Стартрек», поп-песни и даже пулитцеровский роман: и это все о Майкле Шейбоне

Как в 23 года получить 155 тысяч долларов за книгу и стать классиком американской литературы

Работа в кино или на телевидении — общее место многих писательских биографий. Фильм «Спасательная шлюпка» основан на рассказе, который Джон Стейнбек написал специально для Альфреда Хичкока. За десять лет до «Игры престолов» Джордж Р. Р. Мартин придумывал сюжеты для сериала «Сумеречная зона». Стивен Кинг — уже в статусе короля ужасов — корпел над американским ремейком «Королевства» Ларса фон Триера. Нил Гейман лично курировал сериалы по своим романам «Американские боги» и «Благие знамения».

Даже на этом фоне случай Майкла Шейбона выглядит аномалией. Вероятно, он единственный лауреат Пулитцеровской премии, который написал сценарий фильма про одного из самых известных супергероев в мире («Человек-паук 2») и легендарной космооперы, уже полвека собирающей у экранов миллионы зрителей («Стартрек»). Но гик-иконой Шейбон стал не сразу.

Вундеркинд на грани провала

Шейбон дебютировал в 23 года, когда изучал писательское мастерство в Калифорнийском университете. Преподаватель Дональд Хенли без его ведома отправил рукопись шейбоновского романа-диплома «Тайны Питтсбурга» знакомому литературному агенту: так студент получил рекордные 155 тысяч долларов аванса, а его первая книга стала бестселлером. Автор признавался: на историю выпускника Питтсбургского университета Арта Бехштейна, который проводит лето с городской шпаной, сильно повлияла проза Марселя Пруста и Филипа Рота. Первые читатели и критики также обратили внимание на бисексуальность главного героя и спроецировали ее на автора. Шейбон подтвердил, что у него были отношения с мужчинами, но квир-прозаиком себя не признал — чтобы не навязываться публике в этом качестве.

«Тайны Питтсбурга» сделали Шейбона звездой, и вскоре он принялся за новый роман — «Fountain City». За пять лет работы текст разросся до 1 500 страниц: объем (при, в общем, свойственному постмодернистам многословии) показался чрезмерным и редактору, и самому автору. Действие не двигалось, сюжет не складывался. На творческие неудачи наложились семейные: Шейбон развелся и потерял половину своего состояния. Он переключился на другую книгу — про писателя, который пытается развить успех своего вышедшего семь лет назад бестселлера и закончить огромный роман, — и за семь месяцев расправился с «Вундеркиндами». В итоге к 32 годам у Шейбона на руках оказались два хита и один грандиозный провал: неплохой результат для молодого писателя, переполненного идеями и планами.

Гик-революция

Первым книгам Шейбона, безусловно, остроумным и искусным, явно не хватало масштаба, какой-то большой темы, которая могла бы заразить читателя независимо от происхождения и культурного багажа. Таким универсальным сюжетом оказалась Вторая мировая и начало золотой эры комиксов. Протагонисты романа «Потрясающие приключения Кавалера & Клея» — кузены-евреи, которые слишком хорошо знают о том, что происходит в захваченной нацистами Европе, — создают супергероя-антифашиста Эскаписта, соединяющего в себе качества сразу нескольких мстителей в масках, и покоряют Америку. Но одно дело — творчество и совсем другое — личное благополучие: на протяжении более 800 страниц персонажи разбираются со своими возлюбленными, властью, деньгами — и, конечно, друг с другом.

Спустя почти 20 лет после выхода книги можно сказать, что «университетский», «пробирочный», «насквозь литературный» Шейбон предугадал, в какую сторону двинется поп-культура в XXI веке, — и сыграл на опережение. «Приключения…» — близкий к идеальному пример, как примирить фанатскую энергию (представьте себе приятелей, яростно спорящих о смысле очередной марвеловской сцены после титров) и приемы традиционной реалистической литературы; роман, который показал, что предметом высокой словесности могут стать нелепые персонажи в трико и придумавшие их люди.

«А что же Алан Мур?» — заметят те, кто причастился традиции после очередной подборки «важных графических романов», как стыдливо называли комиксы в начале 2010-х годов. Тут важно понимать, что автор «V — значит вендетта» и «Лиги выдающихся джентльменов» двигался в противоположном направлении: изначально будучи частью этой субкультуры, он убедил литературную общественность в том, что истории с картинками в мягких обложках могут быть такими же психологически достоверными и эмоционально захватывающими, как и привычные тома и фолианты. Можно сказать, что вместе с Шейбоном они подготовили и материал, и аудиторию. Результат — тотальное доминирование комиксов в кино и две за 11 лет экранизации «Хранителей»: в 2009 году свою интерпретацию книги про Роршаха, доктора Манхэттена и Озимандии предложил Зак Снайдер, а в прошлом году вышла телеверсия Дэймона Линделофа.

Автор-мультиинструменталист

Получив Пулитцеровскую премию за «Приключения…», Шейбон продолжил жанровые эксперименты. Он писал хоррор-рассказы от лица выдуманного Августа ван Зорна. Сочинил «Союз еврейских полицейских» — детектив, события которого разворачиваются в альтернативной реальности: после победы над нацистами евреи решили создать свое государство не на Ближнем Востоке, а на Аляске. Его «Саммерленд» — упражнение в жанре литературы young adult, книга с той же полки, что и «Виноваты звезды». А последний роман Шейбона «Лунный свет» — сочетание строгой документалистики (воспоминания дедушки писателя о послевоенной Америке) и фикшна.

За всем этим просматривается амбициозная творческая программа: превратить постыдное удовольствие в обычное, разрушить границы между развлекательной литературой и серьезной — точнее, показать, что на самом деле между ними нет никакого противоречия. Неудивительно, что писателя, который уже несколько десятилетий признается в любви к массовой культуре, привлекают к работе над многомиллионными франшизами. Шейбон, способный сделать из летнего блокбастера интеллектуально-эмоциональный аттракцион, окончательно подружил гик-сообщество и читателей насупленных американских журналов — как оказалось, не таких уж и разных.

Еще одна неожиданная грань шейбоновского таланта — сочинение песен. Когда-то в колледже он играл в панк-группе Bats, а в 2015 году создал тексты девяти из 11 треков на альбоме Марка Ронсона «Uptown Special». Они познакомились в 2012-м на автограф-сессии в честь выхода романа «Telegraph Avenue». Выяснилось, что Ронсон обожает, как Шейбон обращается со своими героями, не отказывая даже самым отталкивающим из них в глубине и обаянии. Потому, собственно, и состоялась эта довольно странная коллаборация продюсера и писателя: можете себе представить, чтобы Джулиан Барнс, Джонатан Франзен или Донна Тартт в свободное от прозы время писали поп-шлягеры?

Марк Ронсон и Майкл Шейбон. Фото: nme.com
Марк Ронсон и Майкл Шейбон. Фото: nme.com

Сейчас все труднее определить, чем именно занимается Шейбон: как ни банально, каждый следующий его проект не похож на предыдущий. Он упрямо пишет поперек правил: вот и сериал «Звездный путь: Пикар» радикально отличается от остальных частей космической саги. Зрители больше узнали про заглавного героя — уже пожилого, вышедшего в отставку адмирала Жан-Люка Пикара. Когда-то его закрытое ладонью лицо стало мемом — тем самым фейспалмом. Кто знает, может быть, на следующую такую шутку уже придется ставить копирайт: Майкл Шейбон, альтернативный американский классик.

Книги Майкла Шейбона

картинка банера пропала, извините
Наше новое медиа Bookmate Review — раз в неделю, только в вашей почте
Подписаться

Поделиться: