Обложка книги «Кожа»
Обложка книги «Кожа»
Bookmate Journal |

Евгения Некрасова: «Книги темнокожих женщин мне ближе, чем 97% всей русской литературы»

Писательница — о своем новом романе «Кожа», который выходит в формате книжного сериала

На Букмейте начал выходить книжный сериал Евгении Некрасовой «Кожа» о приключениях американской рабыни Хоуп и русской крестьянки Домны, которые меняются своими идентичностями. Мы поговорили с писательницей о работе над книгой, исторической достоверности и коллективной травме — общей и для России, и для США.

Откуда взялась идея «Кожи»

Я уже несколько лет читаю темнокожих писательниц — их тексты отличаются и по стилю, и по темам. Они повлияли на мое письмо довольно сильно. У меня есть ощущение, которое со мной разделяет переводчица Маша Бикбулатова: опыт и созданная на основе этого опыта (личного и коллективного) литература темнокожих женщин кажется мне, русскоязычной читательнице и писательнице, гораздо ближе, чем 97% всей русской литературы. Это много с чем связано: общий женский опыт существования в патриархальной системе, хроническое неблагополучие и тяжелейшая коллективная травма в прошлом — общая история рабства, отмененного почти одновременно.

Когда я читала «Возлюбленную» Тони Моррисон, я думала, как круто было бы написать что-то подобное о крепостном праве — из XXI века, через женскую оптику, о героине-женщине. Я лет пять думала на эту тему.

А потом наткнулась на информацию об указе Николая I 1842 года, согласно которому российские подданные, участвовавшие в торговле темнокожими рабами, наказывались, а любому темнокожему рабу, который ступал на российскую землю, автоматически даровалась свобода.

Так родилась идея, и я поняла, что история будет не только о крепостной крестьянке, но и о темнокожей рабыне, которая оказалась в царской России.

Евгения Некрасова записывает вступление к аудиоверсии «Кожи». Фото: Букмейт
Евгения Некрасова записывает вступление к аудиоверсии «Кожи». Фото: Букмейт

Об исторической достоверности 

Я читала воспоминания бывших рабов, которые оцифровала и выложила Библиотека Конгресса США. Американские журналисты и писатели собрали в 1920-е годы истории 70-, 80- и 90-летних темнокожих людей, бывших когда-то рабами. Невероятное чтение, ничего подобного о русских крепостных я не нашла.

Изучала на специальных сайтах условия труда, быт и взаимоотношения с хозяевами темнокожих рабов. Изучала, как работала сахарная промышленность в США — она полностью процветала за счет рабства. Читала воспоминания Нэнси Принс (афроамериканская путешественница и писательница XIX века. — Прим. ред.) о России. Изучала афроамериканский фольклор и историю темнокожих людей в России. Читала воспоминания крепостных крестьян: их очень мало, и все, кроме одной истории, — мужские, большая часть со слов крепостных записана людьми из привилегированных сословий. Научные работы о быте русских крепостных — домашних и тех, кто работал на земле. Нашла очень много страшных историй и о крепостничестве, и о рабстве в США.

Достоверность для меня важна, но я понимаю, что все равно в тексте будет много ошибок. Поэтому для меня прежде всего важна достоверность психологическая.

АИГЕЛ – Кожа (OST «Кожа»)

О том, чем крепостные в России похожи на рабов в США

После всего прочитанного меня удивила такая мерзкая зависимость экономик огромных стран от бесплатного, рабского труда. Я говорю как какой-нибудь Некрасов или Герцен сейчас, но истории рабства в США и особенно крепостничества в России замылились у нас в головах, превратились в общие, не вызывающие эмоций бессмысленные фразы из учебников. Когда начинаешь хоть немного копать, ужасаешься масштабу явлений, беспредельностью насилия.

Схожесть рабства и крепостничества в том, что ты не имеешь права на отдельную, самостоятельную жизнь, ни телесную, ни душевную, ни интеллектуальную, потому что ты всегда, с рождения до смерти принадлежишь другому человеку.

А отличие только в том, что формально у крестьян была земля, дом и хозяйство, но опять же все это принадлежало помещику или помещице, как, собственно, и сама крестьянская жизнь.

О литературе в формате сериала

Многие классические романы XIX века выходили по частям в журналах, как сериалы. Так что это не такой уж непривычный для литературы формат. Я пишу «Кожу» тоже по сериям, это интересный опыт.

О культурной апроприации

Я, конечно же, хотела бы, чтобы мою книгу прочли люди самых разных бэкграундов, в том числе условная современная Хоуп — молодая темнокожая женщина. Но, возможно, она бы восприняла всю линию Хоуп как культурную апроприацию, ведь я не темнокожая писательница. Я долго думала об этом и даже попыталась сделать некое объяснение в начале книги, почему считаю для себя возможным писать о темнокожей героине, будучи белой.

Я думаю, diversity («разнообразие») — лучшее, что есть на свете. Другое дело, что не все люди до сих пор к нему готовы.

картинка банера
Bookmate Review — такого вы еще не читали!
Попробовать

Читайте также:

Иллюстрация на основе постера суфражисток (1915). Саша Пожиток, Букмейт Книги 5 книг, в которых девочки и женщины добиваются своего Истории талантливых и целеустремленных героинь, а также ответ на вопрос «чего хотят феминистки» Фото: The New Yorker. Коллаж: Саша Пожиток, Букмейт Писатели «Хрупкая доминатрикс и несравненная нарциссистка». Жизнь и книги Рейчел Каск И отсылки к произведениям Дэвида Герберта Лоуренса, Вирджинии Вулф и Шарлотты Бронте Фрагмент гербария Эмили Дикинсон. Источник: Библиотека Гарвардского университета / library.harvard.edu. Коллаж: Саша Пожиток, Букмейт Книги «Ее стихи — наполовину синицы». Затворница Эмили Дикинсон Фрагмент из книги «Города на бумаге» об одной из главных поэтесс в мировой литературе Фрагмент литографии Эдуарда Мюллера «Живописная флора», 1872. Оформление: Саша Пожиток, Букмейт Книги 8 писательниц, о которых не все помнят. А зря Путешественница, диссидентка, религиозно-мистическая поэтесса, участница войны и другие женщины, чьи тексты незаслуженно забыты Иллюстрация: Игорь Юхневич / Букмейт Истории Новый бум: писательницы из Латинской Америки покоряют мир И почему это происходит именно сейчас Иллюстрация: Букмейт Истории «Лена купили новую машину»: как правильно говорить о небинарных людях Рассказывают филологи, переводчики, исследователи и сами небинарные персоны
Мы используем куки, чтобы вам было удобнее пользоваться Bookmate Journal. Узнать больше или