Кадр из фильма «Девственницы-самоубийцы» (1999), режиссер София Коппола
Кадр из фильма «Девственницы-самоубийцы» (1999), режиссер София Коппола
Кирилл Ямщиков |

5 книг о подростках, которые стоит прочитать взрослым

Девочка, которую звали Жесть, мальчик-чужак, пропавшая сестра и другие драматичные истории

Собрали для вас пять книг о необычном и трудном взрослении: это разные попытки выразить словами мрачный, тревожный и загадочный опыт, который не всегда просто объяснить. Здесь будет повредившая ногу старшеклассница, вернувшаяся из небытия младшая сестра, жуткая автобиография мальчика и другие трагические и трогательные истории.

Серафима Орлова. «Голова-жестянка»

Это история 16-летней девочки Жени по прозвищу Жесть (Женя + трость): прошлым летом вместе с лучшим другом Приходькой она исследовала одну из провинциальных заброшек, попалась на глаза сторожу и, попытавшись сбежать, не смогла перелезть через стену, упала с высоты и распорола арматурой ногу. Последствия вылазки — хромота, развалившаяся дружба и попытки осознать себя в новой ситуации.

Родители, брат, знакомые и одноклассники столкнулись с тем, как изменилась и разом помрачнела девочка, чья жизнь, как нам кажется поначалу, рушится из-за случайной травмы. Но однажды Женя приходит в кружок робототехники, которым руководит обаятельный, мало чем схожий с остальными преподавателями Станислав Владимирович Карин — педагог от бога, — из-за чего ее жизнь круто меняется.

Книгу Серафимы Орловой критиковали за размытость темы (то ли о травле, то ли о дружбе, то ли о попытке вернуть утраченное счастье), за слабый, перегруженный сленгом язык и непритязательный сюжет. Согласиться с этими претензиями трудно: тем здесь затронуто много, но много и размышлений на их счет, что всегда отличает большую литературу, а язык — расшатанный, импровизационный — идеально отражает речь подростка.

Здесь нет книжности, от которой часто страдает речь подростков в отечественном янг-адалте, — повествование «Головы-жестянки» именно такое, какой должна быть история 16-летней девочки, попавшей в опасную психологическую ловушку.

«Ситуация похожа на подготовку к контрольной по физике, когда ты все учишь, учишь-учишь, от корки до корки учебник выучишь, а потом тебе дают задачу в том духе, что одна синяя белка летела направо, а другая в Одессу, вычислите объем шара. И ты сидишь: что? Какой шар? Где я? Какая это вселенная? Мы же всё изучали, где я упустила момент?»

В 2022 году у книги выйдет экранизация режиссера Ивана Капитонова (продюсера сериала «Пищеблок»).

Грэм Джойс. «Как бы волшебная сказка»

Британец Грэм Джойс — автор малоизвестных шедевров «Зубная фея», «Курение мака», «Безмолвная земля» — так и не дождался подлинной славы, оставшись любимым писателем лишь для узкого круга. 

«Как бы волшебная сказка» — роман неопределенного жанра. В нем можно уловить черты хоррора, сюрреализма и викторианского предания. Это одна из последних работ писателя, собравшая все его основные приемы.

Представьте: вы старший брат милой девочки, пропавшей при невыясненных обстоятельствах 20 лет назад. И вот эта девочка возвращается домой, невредимая, ничуть не изменившаяся, после чего заявляет, что все это время была в некоем странном месте на грани между сказкой и реальностью и что место это находится совсем рядом.

Интригующая, настоянная на атмосфере английской барочности и мифологии, «Как бы волшебная сказка» обещает не только увлечь вас в пространство, где путается реальное и вымышленное, но и рассказать трогательную, вневременную легенду о том, что такое детство — и заканчивается ли оно для человека, которому никак не хочется соприкасаться с жестоким миром взрослых.

Рубен Гальего. «Белое на черном»

Биография этого писателя напоминает остросюжетный фильм: сын Ауроры Гальего, дочери генерального секретаря компартии Испании, жившей и учившейся в СССР, Рубен был с детства парализован. В полтора года он расстался с матерью по воле властей, объявивших женщине, что ее ребенок скончался. Мальчика ожидала тяжелая жизнь — детские дома, одиночество, унижения, побои.

«Когда я был совсем маленьким, я мечтал о маме, мечтал лет до шести. Потом я понял, вернее, мне объяснили, что моя мама — черножопая сука, которая бросила меня. Мне неприятно писать такое, но мне объясняли именно в этих терминах».

«Белое на черном» — автобиографическая книга, без сглаженных углов и попыток сбавить накал отчаяния, сдавливавшего душу мальчика-чужака на всем протяжении его сложного взросления. Перед нами открывается целая панорама травмированных героев, которые пытаются обрести внутреннюю свободу в условиях беспросветного мрака.

Строгость и лаконичность, с которой Гальего выписывает сцены предельного ужаса, потрясают. Здесь нет лагерных пыток по Солженицыну и Шаламову, армейской дедовщины по Полякову, ада колонии для несовершеннолетних по Габышеву, но история, рассказанная Рубеном Гальего, в чем-то намного радикальнее произведений всех этих авторов.

Последующая судьба писателя сложилась счастливо: окончив Новочеркасский техникум, в 23 года Рубен воссоединился с матерью в Праге, остался жить в Европе, завел семью и стал известным. За роман «Белое на черном» он получил премию «Русский Букер».

Джеффри Евгенидис. «Девственницы-самоубийцы»

Это название знакомо многим киноманам: именно с экранизации «Девственниц-самоубийц» в 1999 году София Коппола начала свою триумфальную режиссерскую карьеру. Фильм о пяти сестрах, очарованных смертью, привлек внимание пусть и небольшой, но преданной аудитории.

Первоисточник — не менее чарующий роман Джеффри Евгенидиса, опубликованный в 1993 году. Книга и фильм дополняют друг друга, образуя единое высказывание. Те зазоры, что есть в тексте, устранены экранизацией Копполы, и наоборот: там, где фильму не хватает деталей, на помощь зрителю приходит оригинальное произведение.

В центре сюжета — история с виду благополучной американской семьи, в которой все дети интересуются смертью и пытаются проникнуть в ее тайну. Первой рискует младшая дочь, Сесилия — она пытается покончить с собой, но ее удается спасти. Это событие становится катализатором целой череды трагедий, причину которых пытаются установить живущие неподалеку мальчишки.

Роман написан от лица условного подросткового «мы», прокручивающего вспять вереницу трагических событий. Евгенидис рассказывает о страшных вещах, но какое приходит удивление, когда начинаешь понимать, что книга совсем о другом и кричащий, лозунговый сюжет в ней — только маневр, с легкостью завлекающий читателя в притчу о любви, взрослении, необъяснимых чудесах детства — иначе говоря, обо всем невыразимом, что есть в этом мире.

Стиль Евгенидиса виртуозен, максимально детализирован и навевает мысли о слоге Владимира Набокова, что, кстати, неслучайно: учился Евгенидис у американского модерниста Джона Хоукса, который был страстным поклонником создателя «Лолиты» и обязывал читать некоторые его произведения в рамках университетского курса.

Саша Соколов. «Школа для дураков»

Саша Соколов — самый закрытый из современных русских писателей. Его стилю подражают сотни дебютантов; перед ним преклоняются самые разные именитые прозаики. При этом за плечами у Соколова всего три романа, с десяток эссе и три небольшие поэмы, написанные верлибром.

Славу ему принесла «Школа для дураков», написанная в 1973 году. Этот роман называют одним из самых сюрреалистических творений русской литературы и классикой отечественного постмодернизма наравне с поэмой Ерофеева «Москва — Петушки» (1969) и романом-музеем Битова «Пушкинский дом» (1971).

Формально перед нами диалог ученика Такого-то с самим собой, болезненный случай раздвоения личности, тревожный, ломаный, постоянно обрывающийся рассказ о деталях конкретного детства. Упоминая бесчисленные детали прошлого, ученик Такой-то зациклен на образе школы, в которой учился и постигал азы вечной жизни. Там и учитель Норвегов, умирающий и возрождающийся, и ведьма, меняющая личины, и Край Одинокого Козодоя, и медведь Скирлы, и разговор двух рабочих, медленно превращающихся в японцев, и многое другое.

«Обаятельная, трагическая и трогательнейшая книга» — так отозвался о дебюте Соколова Набоков. Формулировка предельно точна: погружаясь в галлюцинаторный бред «Школы для дураков», вы чувствуете невероятный по своей красоте и сложности мир, где наравне с бабочками, стрекозами и Розой Ветров фигурирует карательная психиатрия, советский быт, одиночество, запустение, любовь, ностальгия и молодость.

картинка банера
Bookmate Review — такого вы еще не читали!
Попробовать

Читайте также:

Иллюстрация: goodstudio.by Интервью Девочки хотят играть в хоккей, мальчики хотят вышивать. О детской литературе и не только А также что развивает словарный запас и фигня ли современная литература. Рассказывает специалист Александр Волков. Источник: interdoka.ru Писатели Создать вселенную из чужой сказки. Александр Волков и его «Волшебник Изумрудного города» История про девочку из рабочей семьи, которая противостоит злу, и писателя, который устал про это рассказывать Кадр из фильма «Королевская битва», режиссер Киндзи Фукасаку (2000). Источник: imdb.com Книги Не только квиддич: 3 выдуманные игры из книг, одна страшнее другой Экси и другие виды спорта, которые никогда не станут олимпийскими Фрагмент обложки книги Макса Брукса «Minecraft: Остров», художник Ian Wilding Книги Оказаться в Minecraft: 4 книги, где герои попадают в компьютерные игры Подростковые приключения в жанре киберпанк Кадр из фильма «Чучело», реж. Ролан Быков, 1983 Книги 20 книг для подростков, где герои пошли против всех И правильно сделали! Иллюстрация к сборнику Бориса Акунина «Сказки народов мира». Иллюстратор: Ася Лисина, специально для Букмейта Интервью Борис Акунин: «Сказка разрывает рамки реальности, выходит из нормального в волшебное» «Сказки народов мира» Акунина. Только на Букмейте